Об особенностях профессии тренера можно сказать так: уравновешенный, рассудительный, имеющий интуицию, богатое воображение, способный к сопереживанию, увлеченный, искренне желающий помочь людям. Но можно сказать иначе, словами самого тренера. «Для меня работа всегда начинается за несколько дней до начала тренинга: генерирую идеи, придумываю новые упражнения, обдумываю детали. Но, как правило, события никогда не происходят по написанному сценарию, чаще всего «домашние заготовки» не использую, для меня они, остаются, прежде всего, упражнениями для профессионального роста…»
Первый день
Предстоит зарабатывать авторитет, а этого достичь невозможно, не будучи самим собой. Искренность всегда подкупает, хотя не так быстро, как тщательно выстроенный образ. На первом шерринге произношу: «К концу тренинга вы станете родными». Недоверчивые ухмылки: «Тут как бы по имени всех запомнить!» Но через три дня кто-нибудь обязательно вспомнит эту фразу и подтвердит ее истинность.
Иногда тренинг сравнивают с оранжереей, мол, все это искусственно: все друг друга любят, понимают, обнимаются, целуются… Я бы сравнила тренинг с походом в горы: экстремальная ситуация, неудача одного бьет рикошетом по многим, чувства, высказанные шепотом, разносятся эхом вокруг, а малейшая фальшь может вызвать лавину неприятия. Ощущение общности рождается не потому, что мы так договорились, а потому, что мы многое вместе пережили… «Никогда не говори никогда» — это о тренинге. И потому я очень настороженно отношусь ко всяким правилам и табу на тренинге, например, «не спеши подходить к плачущему, ибо он, таким образом, добивается внимания…»
На тренинге можно все, главное — отдавать отчет в том, что ты делаешь и не выпускать ситуацию из-под контроля. Каждый человек сам определяет меру дозволенного вторжения, он обязательно «просигналит», что трогать пока нельзя, пусть не словами, а телом, жестом, мимикой. Тренерская интуиция, этакое профессиональное «чутье», дорогого стоит, оно ценнее технологий и целого арсенала упражнений.
Второй день
Зачастую кое у кого возникает агрессия к тренеру. Ее нельзя игнорировать, не принимать во внимание. Иначе агрессия разрушит весь ход тренинга. Удивительно, но именно с этими людьми после тренинга у меня завязываются дружеские отношения. Второй день выматывает душевно и физически: кто-то без конца начинает зевать, жевать, протестовать. Выживут все, хотя ночью спать будут немногие. Именно ночью приходят инсайты, озарения. Иногда во сне, иногда во время ночных бдений…
Третий день
Обычно в этот день мы рисуем, лепим, шьем, переодеваемся, танцуем. Сшитая кукла способна рассказать о своем хозяине больше, чем он сам. А рисунки! Хотя фраза «сейчас мы порисуем» не у многих вызывает восторг. Но открываются баночки с красками, вокруг разбросаны мелки — взрослые люди превращаются в детей. « А я не умею рисовать!» «Не умеет рисовать тот, у кого нет глаз и рук», — этого ответа бывает достаточно. По тому, как группа рисует, можно судить о ее сплоченности и доверии друг к другу.
Тренерская уловка — предложить листы разного формата и не ограничивать чрезмерными инструкциями. Кто-то обязательно будет «кучковаться», рисовать вместе на одном большом листе, а кто-то со своим небольшим листочком забивается в угол и даже впоследствии никому не покажет свой рисунок. Последнее упражнение — «сбор чемодана». Чрезвычайно велик соблазн «остановиться» на эмоциях: выслушать восторги, благодарности, вспомнить пережитые чувства. Но я знаю по себе, как пусто и одиноко будет, когда чувства пройдут.
Необходимо понять и проанализировать все события, облечь их в словесную форму. Особо талантливые и поднаторевшие в тренинговой работе делают это без труда. Другие с трудом формулируют умозаключения, укладывая их в тот самый «чемодан». Но наиболее ценное — «обратная связь», возникающая спустя время. Через месяц вдруг кто-то позвонит, а через полгода придет письмо, а через год кого-то опять встретишь на тренинге…
